Кубик-Рубик

Кубик-Рубик совсем запутался в себе. Это раньше он мог найти ответ на любой вопрос… Но скорее потому, что вопросы были другие, менее сложны.  Он пробовал понять себя, разгадать загадку своей жизни. Часами он просиживал в раздумьях силясь ответить на извечнейший вопрос: «Кто я?» Когда казалось, что истина близка, то ,шутка ли, оставалась лишь одна непознанная деталь, которая все старания вновь сводила на нет. Бывало так, что поняв и собрав воедино одну сторону своего существа, он не умел понять другие, а сделать это можно было, лишь нарушив целостность уже осознанной и принятой стороны.

Кубик-Рубик хотел довести себя до совершенства. Он испробовал всё. Отбрасывал прочь лишние ячейки, затем находя прорехи, вновь ставил их на место. Приходилось падать, ронять, терять, ради одного лишь понимания: «Кто я?» Сдаваться Кубик не хотел: он видел себя идеальным.

Однажды ночью, когда Рубик спал, небо с чувством любви и сострадания поглядело на спящего.

- Упёртый видно парень! – сказало оно. – Заслужил, – и вмиг, легчайшим одним движением, все стороны до совершенства собрало. Все части существа вдруг встали по местам, будто при рождении.

Настало утро. Кубик-Рубик, сладко потянувшись в постели, вдруг осознал себя совсем другим, знакомым, хранящим внутри забытую тайну. Но , к смеху, новое ощущение вовсе не приносило ему ожидаемой радости, предполагаемой небом. Мысли в голове бродили по новым траекториям, совершенно немыслимым им самим, а словно подселившись от кого-то другого. Он продолжал искать себя, не замечая дареных ответов.

- Нет, это невозможно! – отчаявшись, воскликнул Кубик-Рубик. – Кто я?

Вопрос покачнул воздавшееся ночью совершенство. Распутанный небом клубок, вновь стал активно запутываться обратно, и чем  стремительней это происходило, тем проще становилось Рубику узнать в сплетениях клубка себя. Он шагал в дебри, удивляясь, как легко ему даётся поиск. Всё вдруг перемешалось до такой знакомой степени, практически до не собираемости. Сейчас, как никогда раньше, Кубик-Рубик был далёк от истинной своей природы. Однако с облегчением вздохнул и произнёс вслух:

- Ну вот, кажется, ответ близок!